Здесь может быть ваша реклама

 

Михаил НИКИН


Представить себе, что пятьдесят лет мне было десять лет назад, совсем не сложно, но понять, что десять лет от роду мне было пятьдесят лет назад, уже гораздо сложнее.



Странные числа
Представить себе, что пятьдесят лет мне было десять лет назад, совсем не сложно, но понять, что десять лет от роду мне было пятьдесят лет назад, уже гораздо сложнее. У любимого мною Юрия Визбора есть такие замечательные строчки: «И пахнет корка мандаринная, звезда висит старинная, и детство – все такое длинное, и наш такой короткий век». Детство, а потом и юность тянутся и тянутся, наполненные событиями, открытиями, эмоциями. Нам даже хочется тогда подгонять время: ну вот скорее бы уже... да не важно что: лето наступило, учебный год закончился, вырос, кататься научился... А потом с какого-то момента начинают мелькать года, и надо вовремя понять, что «наш такой короткий век». Я знаю секрет, как время вернуть к тому течению, которое было в детстве. Надо наполнять его событиями, и оно вновь становиться медленным, тягучим, при этом радостным и счастливым. Новый Год с семьей на горных лыжах в совершенно необычном месте Бад Гадштайн, в феврале – неделя на Бурдугузе и Кочергате у моего друга Коли Кондратьева, в марте – неделя с друзьями в Финляндии в коттедже на озере (щуки, налимы, гитара, камин, винишко...), апрель – неделя в тундре в палатке на Кольском (снегоход, кумжа, ленок, джунгли из сопок и озёр...), май – неделя на острове в Балтике между Финляндией и Швецией, конец июня – пишу эти строки в совершенно волшебном месте Молунат в Хорватии. Вчера встретил у дома Ивицу, с которым не один раз ходил в море ставить сети или тролить барракуду, он радостно закричал: «Что, не можешь без Молуната?!». Юбилейный год пошел по правильному пути – это уже очень длинный и запоминающийся год.

Диалоги с государством
История «Инфоркома» началась в 1988 году. Я еще был номенклатурой ЦК КПСС, заканчивал писать диссертацию в недрах отдела науки на тему управления массовым сознанием через понимание истории, но уже начался свой бизнес тогда в единственно возможной юридической форме: Внешнеэкономический кооператив  «Инфорком». То, что я не буду возвращаться ни в какой аппарат работать, – это я осознал сразу. Мои внутренние диалоги с государством были и продолжаются по другому поводу. Видя весь ужас начавшегося безвременья: развал государства, расстрел Белого Дома, пьяные танцы Ельцына, я себе сказал: «Я от них отделяюсь!» Не от страны. Страна – это люди, и я работаю прежде всего для них, создавая квалифицированные рабочие места, строя производственные объекты. Много лет я даже не смотрел новости, чтобы не расстраиваться. Появление настоящего Президента очень обнадежило. Я может быть как никто другой понимал то состояние, в котором он принял страну – ее попросту не существовало! Когда в 1994 году, я пришел в приемную на Лубянке для того, чтобы найти защиту от начавшегося «наезда» на меня, семью, дежурный по стране майор от имени этой страны мне сказал: «У тебя что крыши нет? Бандитов себе возьми и живи, как все!» Я очень ценю то, что Путин сделал для страны. Но именно потому, что я восхищаюсь этим человеком, у меня возникает все больше вопросов к нему.

Кто для Президента свои?
И это главный вопрос. Когда он говорит: «Я своих не сдаю!», я предполагаю и надеюсь, что я и есть свой, как и все население нашей страны. Но нас почему-то раз за разом сдают ради интересов каких-то других «своих». Иногда хочется просто крикнуть: «А мы то как же?!» Те другие «свои» получают какие-то странные зарплаты и бонусы. Всегда хочется спросить, что надо делать для страны, чтобы официально получать каждый месяц по две(!) Нобелевские премии? При этом, к примеру, газа у меня в деревенском доме рядом с Подольском – нет, на построенном нами крупнейшем в Европе грузовом автосервисе в районе Домодедово – нет. На запрос о подключении газовые службы дают фантастический ответ: «Нет объемов газа»! На вопрос: когда появятся эти объемы ? Отвечают: неизвестно! При этом официальный доход руководителя этого ведомства превышает два миллиона евро в месяц! Недавно ему вручили очередной орден! Не думаю, что такие зарплаты получают доктор Рошаль или дирижер Гергиев. А ведь они уникальны, их заменить на их месте нельзя, и это не зависит от величины зарплат. Зато все эти полки чиновников, разных мифических членов Совета директоров в госкорпорациях можно заменить на просто высококлассных специалистов с зарплатой ниже миллиона рублей в месяц, и очередь будет стоять огромная из настоящих профессионалов.

По «понятиям»
Конечно, когда государство слабое, когда не развита законотворческая деятельность, в ход идут подзаконные акты и разные произвольные решения. Но мы уже очень сильное государство с очень сильным Прези­дентом. Почему же это государство постоянно разговаривает со мной на «понятиях»? Я изо всех сил следжу за изменениями налогового законодательства и соблюдаю его, но каждый раз, когда начинается налоговая проверка, они тебе говорят: «У нас план. Минимальная сумма, которую мы должны с вас взять в бюджет – пять миллионов. Иначе наша проверка считается не эффективной». Что это за разговор на «понятиях»?! Вы же ничего не нашли!
Дальше начинаются подтасовки, допросы ничего не понимающих свидетелей у них дома в десять часов вечера, когда они готовы подписать что угодно, или попытка приписать тебе создание группы компаний с целью ухода от налогов... И ведь все равно состряпают, а судья тоже будет решать «по понятиям», даже известно по каким. Так может пора по закону?

«Прорывное развитие России...»
Об этом говорят и говорят, а прорыва все нет и нет. При этом согласен с Президентом, что для прорыва в экономике у нас есть абсолютно все необходимое. С одним уточнением. На первом месте, самом главном и высоком первом месте в этом «всем необходим» стою я – человек, который тридцать лет создает национальное богатство России, создает и внедряет новейшие технологии, строит здания, создает новые производства, создает рабочие места, платит огромные налоги, инвестирует практически все заработанное в развитие. Вы хотите прорыв? Его дать можем только мы! Это главная задача, выше ее в экономике нет – помогать таким, как я, убирать препятствия, стимулировать. Меня должны бы были непрерывно спрашивать чиновники: «Михаил Павлович, есть ли проблемы, чем помочь?» Хотя бы перестали нас гнобить! В 1921 году начался НЭП. За шесть лет, уже к 1927 году, Советская Россия не только восстановилась, но и превзошла все основные экономические показатели 1914 года. У современной России нет другого пути сделать рывок, кроме как начать реально Новую Эко­номическую Политику. Когда-то в своей диссертации я использовал интересный документ – стенограмму вы­ступления Ленина в марте 1918 года перед новыми советскими чиновниками. Он говорил о том, что представления о готовности рабочего класса управлять оказались завышенными, и поэтому на всю предстоящую эпоху его задача заключается в том, чтобы учиться, осваивать крупное производство, а до той поры вернуть хозяев на производство, не сметь командовать, не сметь даже приближаться к ним! Владимир Ильич был в высшей степени диалектичным человеком, ему хватило четырех месяцев после октябрьского переворота, чтобы пересмотреть взгляды и сделать решительные выводы. Правда реализовать на практике это тогда не удалось. Начавшаяся Гражданская война, да и тогдашние «Ша­риковы»... В стенограмме очень показательны пометки на реакцию зала, который слушает Ленина. Каждый раз на слова «конфискация», «экспроприация» и т.п. пометка: «бурные аплодисменты». А там, где он говорит о сути – полное молчание. Все это давно в прошлом, кроме «Шариковых» и их «бурных аплодисментов».

Формула счастья
Жизнь состоит из бесчисленного количества возникающих обстоятельств. В большинстве случаев они сложные, не очень радостные или приятные. По­давляющее большинство людей, мне кажется, и живут по воле этих обстоятельств. Есть такой известный перл М.Жванецкого: «На вопрос, как дела – завыл матерно, напился, набил морду вопрошавшему, долго бился головой об стенку – в общем, ушел от ответа».

Я изо всех сил стараюсь жить вопреки обстоятельствам. По крайней мере не давать им полностью управлять моей жизнью, особенно моим сознанием, мироощущением. Недосягаемым образцом в этом служит мой отец. Он родился еще до Революции в 1912 году в селе Не­веркино Пензенской губернии. Для меня это и символ нашей великой России – то, что в глухих ее уголках рождались и продолжают рождаться в высшей степени интеллигентные люди. Причем речь не только об отце, я могу их перечислять и говорить о них восторженные слова долго.

Отец воевал с сорок первого года, практически первый призыв. По его военному билету я когда-то подростком посмотрел, что это был отдельный ба­тальон истребителей танков. Насколько я понимаю: противотанковое ружье и гранаты. Сначала отступление под Ленинград, а в сорок втором, думаю, все было многократно хуже с отступлением под Сталинград. Просто откройте карту и посмотрите, где Москва и Ленинград, где Волгоград и Эльбрус, куда дошли нем­цы в сорок втором. Мы с отцом были очень близки, но тем не менее про войну он мне сказал только одно: «Однажды на фронте, когда было совсем безнадежно, я сказал себе: «Если выживу, я обязан прожить самую счастливую жизнь. Самую счастливую! За всех!» Он так ее и прожил. А я, к слову сказать, уже много лет не могу смотреть фильмы про сорок первый, сорок второй год, если конечно это честные фильмы. Я понимаю  – весь этот ужас про моего отца. А он не только никогда не ругался, он даже голос не повышал.

Счастье не снаружи, оно внутри нас. Много лет наша семья, «Инфорком» и я, как Председатель попечительского Совета, связаны наверное с самым старым в современной России фондом, взявшим на себя заботу о тяжело больных детях, в большинстве случаев брошенных и обездоленных «Дети.мск.ру» (deti.msk.ru). Когда кто-то жалуется на свою жизнь, всегда хочется спросить: «А вы с чем сравниваете?» А вы возьмите за точку отсчета этих ребят, у которых не появятся новые руки и ноги, не исчезнут тяжелые ожоги, а они живут вопреки этим по-настоящему страшным обстоятельствам и ра­дуются своим свершениям. Поставленным спектаклям, которые они играли на серьезных театральных площадках в Москве и Санкт-Петербурге при переполненных залах, или даже просто, когда они зовут тебя показать свою комнату в «Доме Незнайки», построенном на средства Фонда, которую они сами покрасили и разрисовали. Обстоятельства всегда будут разные, быть счастливым или несчастным – это собственный выбор каждого человека. Я это давно решил, как когда-то мой отец.

Сможем!
Однажды слушая в машине дискуссию в эфире радио на тему «Что ж мы так плохо работаем...», где бесконечно звучало «мы и это не умеем», «и не хотим», «и так всегда»... Мне захотелось дозвониться в эфир и прокричать им ответный вопрос: «Кто не умеет работать?! Мой отец, который воевал все-таки лучше немцев, раз мы их победили, моя мать, у которой удостоверение «Труженик тыла», хотя в 1944 году ей было 13 лет?! Или наш народ, который из небытия поднял страну, находящуюся в абсолютно враждебном окружении?!»
У моей мамы нет части указательного пальца. Работа на заводе, вечерняя школа... Она заснула, когда чистила станок, после смены. Мастер не увидел ее и включил станок для проверки. Мы можем работать лучше всех в мире и не раз это доказали. Нам нужна только правильная мотивация, правильные цели, настоящие профессионалы среди тех, кто принимает решения. А самое главное – нам нужна уверенность в честности и справедливости происходящего. Нет народа более чувствительного к этому, чем мы. Представить себе, что британские лорды выйдут на Трафальгарскую площадь с призывом: «Простой народ живет плохо» – это даже в анек­доте сложно себе представить. Но изучая свою историю, мы даже не задумываемся о фантастичности ситуации, когда декабристы – ближайшее окружение российского императора – выходят на Сенатскую площадь с требованием уравнять все сословия во всех правах, а потом идут за это на виселицу, на каторгу!..
Мой любимый фильм «Территория». Он не только фан­тастической красоты, он про нас, про то, каким счастливым может быть человек, когда у него нет никакой раздвоенности в ценностях, сомнения в целях, как буднично люди совершают подвиги. Мы – великая страна, мы – великий народ! Верните нам веру в справедливость! Остальное мы сделаем сами, как наши родители.

"Родину любить – не березки целовать!"
 Когда-то давно, лет тридцать пять назад, когда моей работой было назначение читать и писать умные книги, читать лекции, я для себя сформулировал два главных фактора эффективности общественных систем. Конечно в первую очередь имеем в виду государство. Так вот его эффективность зависит прежде всего от тех стимулов, которое оно создает внутри себя, и от способности быстро разрешать возникающие противоречия. Соот­ветственно от быстроты разрешения противоречий зависит способность перестраиваться, да и просто реагировать. Каждый раз, когда смотришь прямые линии с нашим президентом, понимаешь, что это публичное на весь мир признание колоссальной неэффективности системы сразу по обоим показателям. Первое лицо государства разгребает за чиновников их вопросы на местах. Система не только не в состоянии быстро реагировать, но в ней нет и главной доминанты – стремления служить людям, населяющим это государство. Чиновник должен быть профессионалом своей отрасли и патриотом. Герой пьесы «Мы нижеподписавшиеся» произносит потрясающие слова: «Любить Родину – это не березки по весне целовать, а помогать в жизни хорошим людям»! Пока, к сожалению, приходится наблюдать иную доминанту: мириады «посаженных на кормление» создали свою среду, которая просто отторгает тех, кто пытается работать не по ее «понятиям». Чисто внешне эффективность системы не сложно почувствовать по количеству произносимых слов: «приоритетные программы», «национальные проекты», «прорывное развитие»... Если по этому показателю страна впереди всех, то можно быть уверенным, что по всем остальным показателям, которые выражаются цифрами, а не словами, все будет не хорошо. По результату произнесенных слов, заявленных программ и намерений мы должны были бы обгонять Китай по темпам роста. На деле государство увеличивает в разы кадастровую стоимость земли и недвижимости, увеличивает НДС, вводит ПЛАТОН, постоянно вводит новые налоговые правила и применяет их задним числом... В конце концов увеличивает пенсионный возраст. Объяснение простое – получить дополнительные средства от роста экономики не получается, значит будем увеличивать подати. Это же тупик!
Несколько лет назад я был, помимо прочего, владельцем достаточно крупной кондитерской фабрики. С большим энтузиазмом я занимался этим бизнесом, расширял производство, приобретал самое передовое оборудование. Очень скоро я понял, что качественная продукция с натуральными ингредиентами никому не нужна. Конечно нам с вами именно она и нужна, но сетевой торговле, оптовикам нужна возможность наценить сверху 50%. Поэтому тебе диктуют, что килограмм пряников должен уходить с фабрики по сорок рублей. Но ведь нормального пряника за эти деньги не сделать! Это будет сплошная химия! Тебе отвечают: вот и прекрасно! И в сетевом магазине в итоге «это» продается за двести рублей. Конечно фабрику я продал. Я так не могу. Но ведь все очень просто: узаконьте максимальную наценку при перепродаже, создайте стимул производить качественно... Для этого нужны профессионалы и патриоты. Будем надеяться, что их время придет.

 Эпилог
 Великое счастье родиться и жить в России, великая удача жить в двух таких уникальных исторических эпохах и состояться в них. Иногда хочется оставить бизнес и вернуться к профессии для того, чтобы показывать людям насколько уникальна наша история, сколько в ней величия, доблести, благородства. Кто в современной Европе, которая нас учит жить, знает, что по указанию Екатерины Великой на деньги из казны было напечатано пять изданий Корана, а история крестьянского сына Ерофея Хабарова, ставшего великим землепроходцем, а, пронзившая навсегда мое сердце, надпись в казематах Брестской Крепости «Умираем не срамя»?! Без подписи.
В дореволюционной России в регламенте на самую уважаемую воинскую награду Георгиевский Крест было написано, что он не может быть вручен ни за доблесть, ни за героизм, а только за сделанное сверх того!.. Это можно продолжать до бесконечности. Мы – великая страна и народ! Верните нам только уверенность в том, что мы и есть те, кого не бросают, и что мы можем на что-то влиять!