- Что такое 25 лет для компании? 
- Для того, чтобы представить себе что

такое 25 лет, нужно вспомнить, как выгля-
дели, к примеру, улицы любого города
России двадцать пять лет назад. Как выгля-
дели даже не улицы, а дороги. «Жигули»,
«Волга», «Запорожец», «ЗИЛ», «КАМАЗ».
Идаже малиновых пиджаков, между про-
чим, еще не было. Только позже появятся
реальные бандиты, малиновые пиджаки,
иуж совсем позже, через десятилетие,
появятся олигархи. 

Не существовало слов «Лукойл», «Рос -

нефть», «Газпромнефть» – это все появится
еще позже, через несколько лет. А уж если
говорить про топливные карты других
наименований, они появятся еще через
несколько лет. А «Инфорком» уже заправ-
лял, уже делал свою работу.  

- А собственно с чего все началось? Так

сказать, откуда пришла эта идея и когда
была заправлена первая машина? 

- Началось все в 1991 году, когда

«Инфорком» уже существовал. Вообще-то
«Инфорком» как имя, как организация,
существует с 1988 года. Но были другие
виды бизнеса, и они были тоже успешными.
В том числе мы торговали гаражно-сервис-
ным оборудованием, автомобильными
подъемниками и прочим. В 1991 году зна-
комые попросили помочь с заправкой укра-
инских автомобилей для фирмы «Конст» из
Измаила. Здесь в Москве в 1991 году был
колоссальный дефицит топлива, очереди на
заправках, плюс у всех трудности с налич-
ными деньгами. Мне не очень хотелось этим
заниматься, потому что в 90-е годы «торго-
вать топливом» звучало также, как если бы
я вам сейчас предложил «давайте поторгу-
ем на Ближнем Востоке боевыми вертолета-
ми или переносными ракетными установка-
ми» – это примерно то же самое. У вас воз-
никают банальные вопросы «где это
взять»и «как это сделать, чтобы остаться
вживых?».  

- И каким же был первый шаг? 
- Первый вопрос был – где берут топливо

для продажи, потому что свободного рынка
не было: нельзя было позвонить куда-то и
сказать «отгрузите мне, и я вам заплачу»,

абыли фонды – это был фондируемый
товар. Мои рассуждения были просты – топ-
ливо берут на нефтебазе. Я поехал на
Володарскую нефтебазу, это целый квартал
из гигантских нефтехранилищ, стратегиче-
ская нефтебаза, которая находится на про-
дуктопроводах, ведущих напрямую из глу-
бин России. К моему удивлению, я совер-
шенно спокойно зашел, минуя секретаря,
кдиректору нефтебазы, и минут двадцать
мы с ним беседовали. Он рассказывал, как
получают фонды, как открывают карту хра-
нения, как переводят топливо с карты на
карту и так далее. В конце он сказал: «Ну,
фондов у меня уже нет, я все роздал, а ты
езжай к моему начальнику, он тебе точно
поможет». И направил меня к руководителю
Управления магистральных трубопроводов
России. Я вышел, сел в машину и поехал, и
тут ко мне закралась мысль – а может люди
просто глумятся? Но к моему удивлению
начальник Управления магистральных тру-
бопроводов России точно так же спокойно
меня принял. И мы с ним тоже минут два-
дцать говорили, а в конце он меня спросил:
«У тебя хоть одна машина есть? Мы же
фонды выделяем под машины». Я честно
сказал – одна машина у меня есть. Да, это
была та самая машина, на которой я при-
ехал. Я получил подпись, и первые 300 тонн
топлива были мне выделены. Позднее с
этими людьми у меня были приятельские
отношения. И я понимал, почему все так
произошло. Им просто было интересно.
Пришел человек из совершенно иной
сферы, который разговаривал, и не просто
разговаривал, а изъяснялся на забытом ими
языке с забытыми ими понятиями. И они с
удовольствием беседовали со мной на
отвлеченные темы. Еще в 90-м году в моей
трудовой книжке значилась запись одного
учреждения, бывшего подразделением
Центрального Комитета КПСС. И тут же
в1991 году я начал параллельно бизнес,
будучи еще в недрах научных партийных
структур. В прошлом я партийный ученый,
занимавшийся вопросами массового созна-
ния, тема диссертации была «Фор ми -
рование исторического сознания народа
России». 

Если два слова об этом сказать, я с огром-

ным интересом писал свою диссертацию,
потому что все наше представление о мире,
о справедливости, о мироустройстве, о бу -
дущем складывается из того, как мы оцени-
ваем, как понимаем свое прошлое. Вот и
представьте себе такого человека, который
попадает в среду людей, торгующих нефте-
продуктами. Вхождение было легким. А с
продажей было еще проще, мы были пер-
выми, а вторых не было много лет. Не было
тех, кто по безналичному расчету заправлял
бы дизельным топливом большегрузный
транспорт ни в Москве, ни в других городах.
И самое главное мы были первыми, кто пре-
доставил перевозчикам возможность запра-
виться по маршруту: выехав из Москвы,
дозаправиться в Смоленске и дальше–
перед выездом в Европу, на границе, в
Бресте. Точно так же сделали маршрут
Москва – Киев – Чоп на границе, ну и даль-
ше, Санкт-Петербург – Выборг – и на
Скандинавию. Если говорить о последова-
тельности развития сети, конечно же она
пошла вглубь России. Так вот, со сбытом
ситуация была такая, что в первые годы
нашей работы не требовалось абсолютно
никакой рекламы. Просто люди находили
наш телефон, звонили и радостно говорили:
«Слава богу, что вы есть, что хоть кто-то это
делает». Эта ситуация обеспечивала и высо-
кую рентабельность и колоссальную эффек-
тивность. Весь штат компании на тот момент
умещался в четырех комнатах в центре
Москвы в Петровском переулке, там нахо-
дился первый офис «Инфоркома». 

Это лишь одна сторона медали – роман-

тичное время, бизнес-юность и команда
единомышленников. Вроде бы все здорово.
Но только нужно вспомнить, что такое 90-е
годы, этот ужас и беспредел. Начиная с
недееспособного Правительства, которое
менялось каждые полгода, и кончая брат-
вой, которая управляла абсолютно всем.
Чтобы представить себе уровень разрухи
достаточно одного примера. Когда в 94 году,
понимая, что попытки взять под контроль
«Инфорком» со стороны бандитов подошли
к крайней черте, и дальше начнутся сило-
вые действия в отношении меня и моей

топливо

9